Судебная практика по приобретательской давности

Содержание

Дело N58-КГ16-26. О признании права собственности на 1/2 доли жилого помещения в порядке приобретательной давности

Судебная практика по приобретательской давности
Законы и кодексы » Гражданский кодекс Российской Федерации — часть третья » Раздел V. Наследственное право » Глава 63. Наследование по закону » Статья 1151. Наследование выморочного имущества » Дело N58-КГ16-26. О признании права собственности на 1/2 доли жилого помещения в порядке приобретательной давности.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 января 2017 г. N 58-КГ16-26

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Асташова С.В.,

судей Романовского С.В. и Киселева А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Собановой Л.К. к муниципальному образованию городской округ “Город Комсомольск-на-Амуре” о признании права собственности на недвижимое имущество в порядке приобретательной давности

по кассационной жалобе Собановой Л.К. на решение Ленинского районного суда гор. Комсомольск-на-Амуре от 27 января 2016 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 мая 2016 г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В.,

установила:

Собанова Л.К. обратилась в суд с иском к муниципальному образованию городской округ “Город Комсомольск-на-Амуре” (далее – муниципальное образование) о признании права собственности на 1/2 долю жилого помещения, расположенного по адресу: , в порядке приобретательной давности.

В обоснование исковых требований указала, что спорное жилое помещение, представляющее собой однокомнатную квартиру, принадлежало на праве собственности Миляеву А.С., умершему 2 января 1994 г., и ее брату Жданову Ю.К., умершему 1 августа 2000 г.

После смерти Миляева А.С. наследство в виде принадлежащей ему 1/2 доли квартиры в установленном порядке никто не принял.

После смерти Жданова Ю.К. наследство в виде 1/2 доли данного жилого помещения приняла она, в 2000 году вселилась в указанную квартиру, пользуется ею до настоящего времени, сделала ремонт, несет бремя содержания жилого помещения, оплачивает налоги и коммунальные услуги.

Ссылаясь на то, что с 1994 года Жданов Ю.К. (пасынок Миляева А.С.), а после его смерти с 2000 года она на протяжении более 15 лет добросовестно, открыто и непрерывно владели долей в праве собственности на указанную квартиру, оставшейся после смерти Миляева А.С., просила признать за ней право собственности на 1/2 долю жилого помещения в порядке приобретательной давности.

Решением Ленинского районного суда города Комсомольск-на-Амуре от 27 января 2016 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 мая 2016 г., в удовлетворении иска Собановой Л.К. отказано.

В кассационной жалобе Собанова Л.К. просит отменить названные судебные акты.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 21 декабря 2016 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм права допущены судами при рассмотрении настоящего дела.

Судами установлено, что 1/2 доля в праве собственности на спорную квартиру принадлежавшая Миляеву А.С., умершему в январе 1994 г., являлась выморочным имуществом.

В соответствии со статьей 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений содержащихся в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г.

N 9 “О судебной практике по делам о наследовании” выморочное имущество, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность соответственно Российской Федерации (любое выморочное имущество, в том числе невостребованная земельная доля, за исключением расположенных на территории Российской Федерации жилых помещений), муниципального образования, города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга (выморочное имущество в виде расположенного на соответствующей территории жилого помещения) в силу фактов, указанных в пункте 1 статьи 1151 ГК РФ, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации.

Таким образом, с момента смерти Миляева А.С., то есть с 2 января 1994 г., данная доля считается принадлежащей на праве собственности муниципальному образованию. Однако свои права на наследство в отношении указанного имущества ответчик не оформил, каких-либо действий по владению и пользованию этим имуществом не осуществлял.

На момент смерти Миляева А.С. в указанной квартире проживал Жданов Ю.К., являвшийся собственником 1/2 доли в праве собственности и умерший 1 августа 2000 г.

После его смерти наследником его доли в праве собственности на квартиру стала его сестра Собанова Л.К., которая вселилась в указанную квартиру, произвела там ремонт, уплачивала коммунальные и прочие платежи.

Отказывая в удовлетворении иска о признании за Собановой Л.К. в силу приобретательной давности права собственности на долю, ранее принадлежавшую Миляеву А.С., суд первой инстанции исходил из того, что спорная доля как объект недвижимого имущества может быть истребована в соответствии со статьями 301 , 305 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Течение срока владения спорной долей в соответствии с положениями пункта 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующему требованию к имуществу.

В связи с этим суд пришел к выводу, что 18-летний срок владения истицей спорной долей, который необходим для удовлетворения ее иска не истек.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что владение Собановой Л.К.

спорной долей в праве на квартиру не может являться добросовестным, поскольку она знала об отсутствии у нее права на это имущество.

Кроме того, применение к спорным отношениям положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации невозможно, поскольку для определения прав на спорную долю следует исходить из норм наследственного права.

Данный вывод основан на неверном применении норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо – гражданин или юридическое лицо, – не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 15 , 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда от 29 апреля 2010 г.

N 10/22 “О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав”, при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца ( пункт 3 статьи 234 ГК РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

По смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

В связи с этим, тот факт, что спорная доля в праве собственности на квартиру является выморочным имуществом и в силу закона признается принадлежащей с января 1994 г. муниципальному образованию, сам по себе не является препятствием для применения статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также этот факт не может свидетельствовать о недобросовестном владении истицей данной квартирой, поскольку она владеет ею как один из сособственников.

Кроме того, судами неправильно применен закон относительно исчисления срока владения имуществом для приобретения на него права собственности в силу приобретательной давности.

Так, Собанова Л.К. стала владеть всей однокомнатной квартирой как собственной после смерти своего брата Жданова Ю.К. с августа 2000 г. Ранее, начиная с января 1994 г., квартирой единолично владел ее брат.

Согласно пункту 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

Однако указанная правовая норма судами не была применена.

Делая вывод о том, что срок, необходимый для приобретения истицей права собственности на спорную долю не истек, суды указали, что не утрачена возможность виндицировать данное имущество в пользу муниципального образования, а потому и 15-летний срок, предусмотренный статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, не начал течь.

При этом суды не указали, с какого времени следует исчислять срок исковой давности для применения статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации и не дали оценку тому, что спорной долей третьи лица (Жданов Ю.К. и Собанова Л.К.) владели с января 1994 г. – момента смерти Миляева А.С.

Допущенные судами нарушения норм материального права являются существенными, без их устранения восстановление нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы невозможно.

Руководствуясь статьями 387 , 388 , 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 мая 2016 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Источник: https://advokat-malov.ru/zakony-i-kodeksy/grazhdanskij-kodeks-rossijskoj-federacii-chast-tretya/razdel-v--nasledstvennoe-pravo/glava-63--nasledovanie-po-zakonu/statya-1151--grazhdanskiy-kodeks-rf/sud-praktika-k-state-1151-grazhdanskiy-kodeks-rf-40549.html

Приобретательная давность на недвижимое имущество: практика применения

Судебная практика по приобретательской давности

Здравствуйте, уважаемые читатели!

В этой статье мы поговорим о таком основании приобретения права собственности, как приобретательная давность. Многих особенно волнует приобретательная давность на недвижимое имущество. Практика судов общей юрисдикции и арбитражных судов выработала некоторые правовые позиции, которые следует учитывать.

Основные правила закреплены в ст. 234 ГК РФ. Что касается практики ее применения, то руководящие разъяснения даны в п. 15 — 21 совместного Постановления Пленумов ВС и ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Именно его положения мы и рассмотрим в этой статье.

1. Общие положения
2. Добросовестность давностного владения
3. Открытость владения
4. Непрерывность владения
5. Владение имуществом как своим собственным
6. Порядок признания права собственности в порядке приобретательной давности

Рассмотрение практики рассмотрения конкретных споров заняло бы очень много места, поэтому здесь коснемся только указанного Постановления Пленума №10/22. Однако, в конце статьи я дам подборку судебной практики по этому вопросу для изучения.

Общие положения

Сперва, как обычно, обратимся к норме закона.

В соответствии с п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо — гражданин или юридическое лицо, — не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Приобретательная давность — это исключительный, даже экстраординарный, способ приобретения права собственности. Он необходим для исключения ситуаций, когда объект гражданских прав просто выпадает из оборота поскольку нет собственника. Хотя есть фактический обладатель, владелец.

Владение в гражданском праве России рассматривается как фактическое обладание вещью, господство над ней, что создает возможность непосредственно воздействовать на нее.

Оно может быть элементом права собственности, а может быть самостоятельным институтом. В нашем случае как раз имеет место последний вариант. Имеется факт обладания вещью, но отсутствует право на нее.

Чтобы такие ситуации не влияли негативно на гражданский оборот в законе и было предусмотрено правило о возможности признания права собственности за давностным владельцем — т. е. владельцем, фактически обладающим вещью на протяжении определенного срока.

Сейчас этот срок составляет пять лет для движимого имущества и пятнадцать лет для недвижимого. Также в абз. 2 п. 1 ст. 234 ГК РФ закреплено, что право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у давностного владельца с момента такой регистрации.

Приобретение права собственности по ст. 234 ГК РФ на движимые вещи не очень распространено. Чаще в порядке приобретательной давности пытаются получить право собственности на недвижимое имущество — здания, помещения и земельные участки.

Из-за экстраординарности способа признание права собственности за давностным владельцем возможно только при одновременном наличии четырех обстоятельств:
  1. добросовестность владения;
  2. открытость владения;
  3. непрерывность владения;
  4. владением вещью как своей собственной.

Юридический состав сложный. каждого из них разъяснено в п. 15 Постановлении Пленума № 10/22. Рассмотрим отдельно каждый элемент.

Добросовестность давностного владения

Согласно п. 15 Постановления Пленума № 10/22 давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности.

Такое понимание добросовестности является традиционным для вещного права и судебная практика его придерживается. Со знанием или, наоборот, незнанием определенного факта закон связывает наступление определенных юридических последствий.

Если в момент получения имущества лицо считает, что получило его в собственность, хотя это в действительности не так, и не должно было предполагать иного,  тогда владение признается добросовестным. Например, договор об отчуждении недвижимого имущества подписало неуправомоченное лицо. Или имел место порок формы соглашения.

Но если приобретатель имел возможность проявить осмотрительность и проверить полномочия лица, совершающего сделку, проверить является ли он собственником, тогда он не является добросовестным.

Добросовестность возможна и в случае, если владелец осознает, что собственником не является, но не знает и не может знать настоящего собственника. Это, как правило, случай завладения бесхозяйной вещью.

Нужно четко понимать, что добросовестность определяется на момент получения владения.

В будущем владелец может узнать, что на самом деле имущество ему передано не в собственность, но это не делает владение недобросовестным. Более того, в силу п. 2 ст. 234 и п.

17 Постановления Пленума № 10/22 он имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им.

Раскрыть элемент добросовестности еще более подробно не представляется возможным, поскольку это субъективная категория. Факт добросовестного или недобросовестного владения устанавливается судом с учетом обстоятельств каждого конкретного дела. Если посмотреть судебную практику, то можно найти очень интересные позиции.

Открытость владения

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума № 10/22 давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества.

Открытость означает, что лицами, окружающими владельца, такое владение воспринимается точно также, как воспринималось бы осуществление правомочий собственника.

Друзья, знакомые, соседи владельца постоянно наблюдают такое владение, но сам владелец рассказывать им о своем владении не обязан. Владение вещью осуществляется естественным образом, владелец предпринимает обычные меры по обеспечению сохранности имущества. Окружающие без напоминаний и сообщений об этом самого владельца наблюдают, кто именно осуществляет владение.

Владение не признается открытым, если владелец всячески умышленно принимает меры к сокрытию факта своего владения.

Непрерывность владения

Из разъяснений вышеупомянутого Постановления Пленума № 10/22 давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности.

Тут Пленум дал несколько пояснений по поводу некоторых ситуаций.

Во-первых, не прерывает владение его временная утрата, если был удовлетворен виндикационный иск — требование давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Во-вторых, передача имущества во временное владение другого лица также не прерывает давностное владение. Если имущество передается в аренду, то прерывания здесь нет.

Наконец, в-третьих, не наступает прерывания срока не происходит, если новый владелец является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца.

Например, если давностный владелец умер, когда срок владения жилым помещением составил 10 лет, то наследнику достаточно владеть им 5 лет перед тем, как идти в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности (универсальное правопреемство).

То же самое правило действует в отношении юридических лиц. Если первоначальный владелец-юридическое лицо владело 10 лет зданием, а потом оно было передано другому юридическому лицу, образовавшемуся в результате выделения (сингулярное правопреемство), то последнему нужно владеть имуществом еще 5 лет.

Еще один важный вопрос — с какого момента начинает течь срок давностного владения? Обычно с момента возникновения владения.

Но есть оговорки.

Согласно п. 4 ст. 234 ГК РФ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со ст. 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям.

Если вещь можно было истребовать у давностного владельца с помощью виндикационного иска, то срок начинает течь не ранее момента истечения исковой давности по нему.

Это случай, когда владелец становится давностным даже в случае его недобросовестности. На это указывает п. 18 Постановления Пленума № 10/22 — п. 4 ст. 234 ГК РФ предусматривает специальное основание для начала течения срока приобретательной давности, которое не ограничено условиями пункта 1 этой же статьи.

Если собственник подал иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикация), но ему было отказано на основании пропуска срока исковой давности, с момента ее истечения начинает течь срок приобретательной давности в отношении спорного имущества.

Наконец, согласно п. 16 Постановления Пленума № 10/22 течение срока приобретательной давности в отношении государственного имущества, в т. ч. и недвижимого, может начаться не ранее 01.07.1990.

Владение имуществом как своим собственным

Это последнее обстоятельство, которое должно быть установлено для признания права собственности в силу приобретательной давности.

В п. 15 Постановления Пленума № 10/22 указано, что владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

Если владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т. п.), то ст. 234 ГК РФ применению не подлежит.

Даже если договор был оспоримым, это не имеет значения. Если у имущества был собственник и было лицо, владевшее имуществом, например, по договору аренды, и последнее осознавало этот факт, то нормы о приобретательной давности не применяются.

Вовсе необязательно, чтобы договор был гражданско-правовым. Если имущество предоставлено лицу по трудовому договору, то последствия те же самые.

Здесь главное, что лицо осознает передачу ему на определенных условиях имущества, имеющего собственника.

Порядок признания права собственности в порядке приобретательной давности

Теперь от самого юридического состава рассмотрим некоторые процессуальные вопросы.

Право собственности в порядке приобретательной давности признается в судебном порядке. Если лицо считает, что стало собственником на этом основании, оно вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Ответчиком выступает прежний собственник имущества. А возможно, что и действующий. Согласно п. 16 Постановления Пленума № 10/22 право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

Даже если имеется запись в ЕГРП о праве собственности на недвижимость другого лица, возможна подача иска о признании права собственности по данному основанию.

Бремя доказывания наличия всех четырех элементов юридического состава приобретательной давности ложится на истца, в том числе и добросовестность владения.

По общему-то правилу, как мы помним, добросовестность участников гражданского оборота предполагается. Но в данном случае исходить нужно не из предположения. Суд должен установить, что в момент получения владения лицо не знало и не должно было знать, что получает имущество не в собственность.

Что если собственник неизвестен? Такая ситуация не исключена.

В этом случае в судах общей юрисдикции дело рассматривается уже в порядке особого производства по правилам гл. 28 ГПК. В арбитражных судах — по правилам гл. 27 АПК РФ.

В суд подается заявление об установлении факта  добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности. В качестве заинтересованного лица к участию в деле привлекается государственный регистратор.

Проблемным является приобретение через приобретательную давность права собственности на бесхозяйное недвижимое имущество. Условием для этого является предварительная его постановка на учет государственным регистратором по заявлению органа местного самоуправления, на территории которого оно находится и последующий отказ судом в признании права муниципальной собственности на эту недвижимость.

Судебный акт об удовлетворении иска о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности (либо об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности) является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.

Я думаю, что у вас то и дело возникали вопросы.

Для судов каждое дело по признанию права собственности в порядке приобретательной давности превращается в настоящую головоломку. В момент написания этой статьи я сам занимаюсь таким делом.

Только мы являемся ответчиками по делу. Хотя бремя доказывания лежит в основном на истце, ответчику от этого легче не становится.

От нагромождения разных документов, доводов и обстоятельств голова идет кругом.

Приобретательная давность очень сложная тема, надеюсь, что моя статья сделала вопрос чуточку понятнее. Для дальнейшего понимания вопроса нужно изучать судебную практику.

Решил облегчить вам задачу и сделал подборку практики как арбитражных судов, так и судов общей юрисдикции. Чтобы скачать, кликните на кнопку ниже.

https://www.youtube.com/watch?v=IoV_l6J55QQ

ЗАПАСНАЯ ССЫЛКА

На это все, спасибо, что дочитали статью до конца! До новых встреч!

Источник: https://lawyerlife.ru/grazhdanskoe-pravo/praktika-primeneniya-norm-po-priobretatelnoy-davnosti-na-nedvizhimoe-imushhestvo.html

Вс разъяснил нюансы возникновения права собственности на недвижимость в силу приобретательной давности

Судебная практика по приобретательской давности

22 октября Верховный Суд РФ вынес Определение № 4-КГ19-55 по спору между сособственниками жилого дома, один из которых намеревался получить право собственности на него в силу приобретательной давности.

После смерти К. в 1991 г. ее сыну и дочери достался в наследство дом. Согласно завещанию право собственности между наследниками распределилось поровну – в размере 50% каждому. Мужчина скончался в июне следующего года, поэтому его долю унаследовали Марина Большакова и Василий Иванов, которые не оформили свои права в отношении этого имущества.

В 2004 г. скончалась дочь К., оба ее сына унаследовали долю матери в праве собственности на дом в равных долях.

Далее мужчины заключили соглашение о разделе наследства, и доля домовладения перешла к одному из них, а после его смерти доля в имуществе в судебном порядке перешла его дочери А.

, которая зарегистрировала свое право собственности на нее. В мае 2006 г. женщина подарила долю И., которая спустя четыре года подарила ее Надежде Захаркиной.

Впоследствии Надежда Захаркина обратилась в суд с иском к собственникам второй половины дома о признании за ней права собственности на весь дом в силу приобретательной давности.

В обоснование своих требований женщина ссылалась на то, что ей уже принадлежит ½ доли, а также на то, что она и ее правопредшественники открыто и добросовестно владели всем домом и земельным участком как своим собственным свыше 15 лет.

По ее мнению, ответчики Иванов и Большакова не пользуются спорной недвижимостью, фактически отказавшись от нее.

Суд отказал женщине в удовлетворении исковых требований.

Он отметил, что владение истицы не является добросовестным, поскольку она и ее правопредшественники знали о принадлежности другой доли в праве на домовладение и земельный участок ответчикам, которые не совершали каких-либо действий, направленных на отказ от права собственности на спорное имущество. Решение суда первой инстанции устояло в апелляции.

В кассационной жалобе в Верховный Суд Надежда Захаркина просила отменить судебные акты как незаконные. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ согласилась с доводами заявительницы.

Высшая судебная инстанция напомнила, что право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество (ст.

225 и 234 ГК РФ и совместное Постановление Пленумов ВАС и ВС РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22).

«По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума ВС РФ приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, т.е. в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может.

При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, т.е. вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула). Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности», – отметил ВС.

Верховный Суд добавил, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник (в отличие от положений ст.

236 ГК РФ) совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом.

Достаточно будет того, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявлял к ней интереса, не исполнял обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной им.

Как подчеркнула высшая судебная инстанция, осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестность давностного владения. Давностный владелец может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого имуществом владели правопредшественники, универсальным или сингулярным правопреемником которых является он.

Верховный Суд отметил, что нижестоящие суды не привели никаких обстоятельств, из которых можно было бы сделать вывод о недобросовестности как самой истицы, так и ее правопредшественников по отношению к владению спорным имуществом. В этой связи Суд направил дело на новое рассмотрение во вторую инстанцию.

Комментируя определение Суда, руководитель проектов Бюро присяжных поверенных «Фрейтак и Сыновья», к.ю.н. Виктор Спесивов отметил, что оно затронуло крайне важную и двусмысленную правовую конструкцию в российском вещном праве – приобретательную давность.

По его словам, указанный правовой институт сам по себе является отличной правовой находкой для урегулирования вопросов с фактически «брошенным» имуществом.

«Уже не первый раз встречаю мнения судей судов первой и апелляционной инстанций о том, что осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника исключает добросовестность давностного владения, так как при таком раскладе лицо, получая владение, не могло не знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности. Но, учитывая, что добросовестно заблуждаться в отношении наличия у тебя права на имущество, которое не твое, можно только в каких-то очень специальных случаях, такое толкование ст. 234 ГК РФ неоправданно сужает возможность ее применения», – отметил эксперт.

По его словам, наиболее частый случай обращения в суд с исками о признании права собственности в силу приобретательной давности – это споры наследников недвижимости, когда бремя содержания всего разделенного на идеальные доли объекта несет один из сособственников, который не может оформить свое право титульного владения на весь объект.

«В таких случаях часто в ЕГРН значится только один сособственник, потому что второй наследник просто не обратился в Росреестр за оформлением своего права, которым его наделило свидетельство на наследство.

Из-за образующегося в таких случаях правового вакуума страдает не только сособственник, который платит коммунальные услуги и поддерживает в надлежащем состоянии весь объект, а не только принадлежащую ему часть, но и бюджет.

Ведь для заключения договора аренды и для приобретения в собственность земельного участка нужно сначала поставить последний на кадастровый учет, для чего необходимо согласие всех собственников объекта, занимающего земельный участок. В итоге бюджет не получает от этого домовладения ни земельного налога, ни арендной платы», – пояснил Виктор Спесивов.

По словам эксперта, такие случаи неоднократно встречались в его практике.

«Лишение добросовестного сособственника возможности признать через 18 лет полного бездействия титульного владельца второй части объекта право собственности на фактически бесхозную часть не способствует стабильности гражданского оборота в сфере недвижимости и обесценивает в принципе значение института приобретательной давности.

Поэтому очень хорошо, что Верховный Суд четко обозначил, что наличие титульного собственника и даже известность о нем истцу не означают недобросовестность давностного владельца, так как главное в этом случае – это то, что вещь приобретается внешне правомерными действиями», – полагает юрист.

В то же время Виктор Спесивов выразил сожаление, что ВС РФ не смог сразу разрешить дело по существу в пользу истца, поэтому остается вероятность того, что суд апелляционной инстанции снова откажет в иске. Он также выразил надежду, что теперь нижестоящие суды будут меньше путаться и чаще удовлетворять иски о признании права собственности на объекты недвижимого имущества в силу приобретательной давности.

Адвокат, партнер АБ «КРП» Виктор Глушаков отметил, что Верховный Суд в очередной раз исправил ошибку нижестоящих инстанций, указывая на недопустимость формального подхода.

«Несмотря на явное преодоление предмета доказывания по данной категории дел, суд первой инстанции потребовал от истца доказательств, которых он, очевидно, не мог представить, и которые, по своей сути, не должны быть представлены в подобном процессе, – полагает он.

– Оценивая подход нижестоящих инстанций, я не представляю, как еще можно доказать “отказ ответчиков от спорного недвижимого имущества” при подтвержденном факте конклюдентных действий, свидетельствующих об отсутствии интереса к владению спорным объектом недвижимости».

По словам эксперта, отсутствие интереса к владению столь длительное время является достаточным основанием для вывода о преодолении бремени доказывания. «При этом создание дополнительных препятствий для истца совершенно необоснованно.

Тем более что суды требовали доказать отрицательный факт, но всем нам известно, что подобный факт может быть доказан только через утверждение об обратном.

Для судебной практики это положительный пример того, какие обстоятельства должны устанавливать суды по данной категории дел», – подытожил Виктор Глушаков.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-razyasnil-nyuansy-vozniknoveniya-prava-sobstvennosti-na-nedvizhimost-v-silu-priobretatelnoy-davnosti/

По следам Постановления о приобретательной давности

Судебная практика по приобретательской давности

26 ноября 2020 год вынесено Постановление КС № 48-П/2020 по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 ГК РФ.

Резолютивная часть его сформулирована следующим образом: «Признать пункт 1 статьи 234 ГК Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой при решении вопроса о добросовестности владения лицом земельным участком, переданным ему прежним владельцем (гаража и земельного участка) по сделке с намерением передать свои права владельца на недвижимое имущество, не повлекшей соответствующих правовых последствий, как об условии приобретения права собственности на земельный участок по давности владения эта норма по своему конституционно-правовому смыслу не предполагает, что совершение такой сделки (в которой выражена воля правообладателя земельного участка на его отчуждение и которая была предпосылкой для возникновения владения, а в течение владения собственник земельного участка не проявлял намерения осуществлять власть над вещью) само по себе может быть основанием для признания давностного владения недобросовестным и препятствием для приобретения права собственности на вещь (земельный участок) в силу приобретательной давности».      

Роман Сергеевич Бевзенко видит противоречие текста Постановления статье 8.1. ГК. Речь идет о следующих утверждениях:

1) Приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него (п. 6 ст. 8.1 ГК) и

2) Понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК Российской Федерации (Постановление 48-П КС).

Думаю, что упрекать текст постановления в таком противоречии все же нет оснований.

Статья 8.

1 лишь устанавливает презумпцию добросовестности того, кто, полагаясь на реестр, считал, что приобретал у управомоченного лица; она вовсе не утверждает, что ознакомление с реестром есть единственный способ обретения добросовестности и уж точно ничего не говорит о том, что приобретатель по давности должен считать переход права состоявшимся, а себя самого – собственником. Вряд ли в опровержение этого тезиса можно ссылаться на сам термин «приобретатель» – мол, раз назван приобретателем, то считал себя собственником. Приобретатель – это лишь позиция стороны в сделке. А норма, кстати, вообще говорит о том, что приобретатель не знал о неуправомоченности лица, от которого ему ПЕРЕШЛИ ПРАВА на имущество – то есть п. 6 это вообще о каком-то правопреемстве. А поскольку никакой передачи права тут нет, термин «приобретатель» используется нормой в самом общем виде.   

В 48-П же как раз говорится о том, что не обязательно считать себя собственником, чтобы владеть для давности, то есть ничего не сказано о критерии неуправомоченности отчуждателя – что и не удивительно с учетом обстоятельств дела В.Волкова (посмотрите, как сформулирован предмет и пересказаны обстоятельства дела).

Классическим примером применения ст. 234 ГК является как раз получение вещи во владение от собственника на основании сделки с каким-то пороком.

В подобных случаях отчуждатель вполне управомочен на отчуждение, но в силу, например, несоблюдения формы сделки для владельца-приобретателя должно быть очевидно, что собственником он так и не стал.

Будем на этом основании считать его владение недобросовестным и защищать право собственности того, кто уже сам отдал вещь?

Посмотрите, кстати, как сформулирована резолютивная часть.

Именно с учетом обстоятельств дела, отраженных в предмете рассмотрения, в ней говорится о сделке, совершенной именно правообладателем, а то, что эта сделка не повлекла соответствующие правовые последствия, само по себе (!) не может быть основанием для признания давностного владения недобросовестным и препятствием для приобретения права собственности в силу приобретательной давности».

Что же касается более общих вопросов, давайте обратим внимание на то, что п. 6 ст. 8.1 ГК говорит об отчуждении, то есть о сделке.

Иными словами, она вовсе ничего не говорит о получении владения иным образом, то есть эта сфера ею не урегулирована. Таким образом, п. 6 ст. 8.

1 ГК не охватывает исчерпывающим образом все возможные случаи, в которых может возникнуть вопрос о приобретательной давности.

На этом основании и полагаю, что противоречия нет.

Источник: https://zakon.ru/blog/2020/11/30/po_sledam_postanovleniya_o_priobretatelnoj_davnosti

Признание права собственности в силу приобретательной давности в судебной практике ВС РФ. Обзор определений ВС РФ по приобретательной давности: вопросы добросовестности владения

Судебная практика по приобретательской давности

Я уже делал публикации по теме приобретательной давности (здесь и здесь). Нельзя сказать, что споры о признании права собственности в силу приобретательной давности являются распространенными, но, тем не менее, иногда они возникают, и я отслеживаю судебную практику ВС РФ по данному вопросу.

Осень 2019 и весна 2020 года дали нам целых три определения относительно приобретательной давности. Отмечу, что в целом практика СКГД ВС РФ развивает довольно прагматичный подход к понятию добросовестности владения, отменяя решения судов, которые, на мой взгляд, были просто неразумными проявлениями чистого формализма.

Учитывая то, что благодаря короновирусу появилось много свободного времени, я и решил скоротать его за написанием свежего обзора.

Итак, обратимся к первому из комментируемых определений.

Добросовестность владения для приобретательной давности

 Я уже писал ранее о понятии добросовестности для давностного владения и не буду повторяться. В Определении СКГД ВС РФ от 17.09.

2019 № 78-КГ19-29 как раз и обсуждаются границы добросовестности для давностного владения. Нижестоящие суды исходили из сугубо формального подхода добросовестности.

Речь шла о приобретении долей в праве общей долевой собственности на жилые дома.

По мнению, нижестоящих судов, если истец знал, что доли в праве собственности на дом, в котором он проживает, которым он владеет, то он не является добросовестным. Да, на мой взгляд, если бы речь шла о незаконном завладении чьей-то вещью, которая заведомо имеет собственника.

Но совсем иное дело, когда истец владеет законно всей вещью, так как доли в праве идеальные, а владение то идет всей вещью в целом, то в чем его недобросовестность. Может быть в том, что собственник другой доли за весь срок давностного владения так и не проявился, не задумался, что собственность еще надо и содержать и нести расходы.

А возможно собственник и вовсе не заинтересован в вещи и устранился.

К сожалению, судьи Петродворцового районного суда Санкт-Петербурга и Санкт-Петербургского городского суда, вняли простому формализму. Несмотря на то, что ответчик признавал иск, суды все равно исходили из следующей, крайне неуклюжей и незрелой позиции:

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что при заключении договора купли-продажи 2/8 доли в праве собственности на домовладение Клименко И.А. было известно о принадлежности оставшихся долей жилого дома другим лицам.

Поскольку спорная часть домовладения являлась собственностью иных лиц, права наследования после которых у истцов отсутствуют, суд пришёл к выводу об отсутствии добросовестного владения указанными жилыми помещениями в том смысле, который определен статьёй 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем в удовлетворении иска отказал.

СКГД ВС РФ не согласилась с такой махровой позицией нижестоящих судов, указав следующее:

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Следует учесть, что в данном споре речь шла о долях, которые некогда были проданы сособственниками другим лицам, которые умерли.

ВС РФ исходил из того, что Санкт-Петербург не оформил на себя право собственности, если предположить, что имущество стало выморочным. Другой же ответчик иск признавал.

СКГД ВС РФ в данном деле высказала следующую правовую позицию важную для понимания добросовестности владения:

По смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено и в том случае, если владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о передаче права собственности на данное имущество, однако по каким-либо причинам такая сделка в надлежащей форме и установленном законом порядке не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.).

Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не означает недобросовестности давностного владельца.

Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, который фактически отказался от вещи или утратил к ней интерес, по каким-либо причинам не состоялся, но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения.

Иначе говоря, если один из сособственников продал вещь, но переход права собственности не был юридически оформлен, т.е.

собственником вещи осталось лицо, которое фактически отказалось от права собственности, а затем этот собственник умирает, и никто после него не принимает наследства, то никакой недобросовестности давностного владельца всей вещи не имеется.

А в рассматриваемом споре была именно ситуация, когда не была полностью завершена процедура перехода права собственности на доли.

Кроме того, истец может сам выбирать способ защиты права. Нижестоящие суды сочли, что истец выбрал ненадлежащий способ защиты права, так как он мог бы заявить требования о переходе права собственности, но ВС РФ исходил из того, что

Наличие возможности предъявить иные требования, в частности о понуждении к заключению сделки, о признании сделки действительной, о регистрации сделки или права собственности, о признании права собственности на основании сделки и т.п.

, само по себе не исключает возможности приобрести  право собственности в силу приобретательной давности при наличии соответствующих условий.

Некоторые суды думают, что они очень умны и хитры в области юридической казуистики и могут ехидно отказать в иске, ссылаясь на ненадлежащий способ защиты права, не понимая того, что когда возможны альтернативные способы, то выбор принадлежит истцу. В данном определении ВС РФ как раз и поправил любителей такой бездумной казуистики.

Источник: https://pravorub.ru/articles/95836.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.